ВЫСОЦКИЙ: время, наследие, судьба

Этот сайт носит некоммерческий характер. Использование каких бы то ни было материалов сайта в коммерческих целях без письменного разрешения авторов и/или редакции является нарушением юридических и этических норм.


Стенограмма выступления Высоцкого

перед сотрудниками Горсанэпидстанции Ростова-на-Дону 8 октября 1975 г.

Стр. 8    (На стр. 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15)


Песенка шуточная... Ха, не очень шуточная, конечно. Называется она "Баллада о детстве". Это про мой старый дом на Первой Мещанской, где я жил, когда был пацаном. Я родился прям перед самой войной. И поэтому вот я написал такую песню.

Она длинная, приготовьтесь. Но я ее люблю, поэтому уж вы потерпи'те. Да?

Час зачатья я помню неточно
(Значит, память моя — однобока),
Но зачат я был ночью, порочно,
И явился на свет не до срока.

Я рождался не в муках, не в злобе:
Девять месяцев — это не лет.
Первый срок отбывал я в утробе,
Ничего там хорошего нет!

Спасибо вам, святители,
Что плюнули да дунули,
Что вдруг мои родители
Зачать меня задумали

В те времена укромные,
Теперь почти былинные,
Когда срока огромные
Брели в этапы длинные.

Их брали в ночь зачатия,
А многих — даже ранее,
А вот живет же братия,
Моя честна компания!

Ходу! Думушки светлые, ходу!
Слова! Строченьки милые, слова!
Первый раз получил я свободу
По Указу от тридцать восьмого.

Знать бы мне, кто в утробе мурыжил —
Отыгрался бы на подлеце!..
Но родился, и жил я, и выжил —
Дом на Первой Мещанской, в конце.

Там за стеной, за стеночкой,
Да за перегородочкой
Соседушка с соседочкою
Баловались водочкой.

Все жили скр... вровень, скромно так —
Система коридорная:
На тридцать восемь комнаток
Всего одна уборная.

Там на зуб зуб не попадал,
Не грела телогреечка,
Там я доподлинно узнал,
Почем она, копеечка.

Не боялась сирены соседка,
И привыкла к ней мать понемногу,
И плевал я, здоровый трёхлетка,
На воздушную эту тревогу.

Да не всё то, что сверху, — от Бога,
И народ зажигалки тушил.
И как малая фронту подмога —
Мой песок и дурявый... дырявый кувшин.

И било солнце в три луча,
На чердаке рассено,
На Евдоким Кириллыча
И Гисю Моисеевну.

Она ему: "Как сыновья?" —
"Да безвести пропавшие.
Эх, Гиська! Мы одна семья —
Вы тоже пострадавшие!

Вы тоже пострадавшие,
А значит, обрусевшие.
Мои — безвести павшие,
Твои — безвинно севшие".

Я ушёл из пелёнок и сосок,
Поживал не забыт, не заброшен,
Не дразнили меня: "Недоносок!",
Так как был я нормально доношен.

Маскировку пытался срывать я:
Пленных гонют — чего ж мы дрожим!..
Возвращались отцы наши, братья
По домам — по своим да чужим.

У тёти Зины — кофточка
С драконами да змеями,
То у Попова Вовчика
Отец пришел с трофеями.

Трофейная Япония,
Трофейная Германия...
Пришла страна-лимония,
Сплошная чемодания.

Взял у отца на станции
Погоны, словно цацки, я.
А из эвакуации
Толпой валили штатские.

Осмотрелись они, оклемались,
Похмелились, и все отрезвели.
И отплакали те, кто дождались,
Недождавшиеся отревели.

Стал метро рыть отец Витькин с Генкой,
Мы спросили, зачем — он в ответ:
Мол, коридоры — кончаются стенкой,
А тоннели — выводют на свет!

Пророчество папашино
Не слушал Витька с корешем —
Из коридора нашего
В тюремный коридор ушёл.

Да он всегда был спорщиком,
Припрут к стене — откажется.
Прошёл он коридорчиком
И кончил стенкой, кажется.

Но у отцов — свои умы!
А что до нас касательно —
На жизнь засматривались мы
Уже самостоятельно.

Итак, было дело — и были подвалы,
Было надо — и цены снижали,
И текли куда надо каналы,
И в конце куда надо впадали.

Дети бывших старшин да майоров
До ледовых широт поднялись.
Потому что из тех коридоров
Ввысь сподручней им было — и вниз.


К СЛЕДУЮЩЕЙ СТРАНИЦЕ

К списку стенограмм ||||||| К главной странице ||||||| Наверх

© 1991—2017 copyright V.Kovtun, etc.